Уютный бложег девелопера.

Я – сетевой взломщик. У меня нет национальности, страны проживания, дома – они давно затерялись в бесконечной череде гостиниц, съёмных квартир и котеджей, с неизменно-чуждыми пейзажами за окном – я давно не принадлежу этому миру. Официально меня не существует – я приложил к этому немало усилий. Моя мать умерла, отец и брат считают, что умер я, друзьям просто нет дела – у меня не было настоящих друзей, я никогда не мог никому открыться полностью, анонимность – тотальная анонимность – просто закономерный итог; можно сказать, я был к этому предрасположен.

Для меня это – норма жизни, я не мыслю себя в этом мире в каком-то ином амплуа; анонимность – это наркотик, как мморпг или водка, начав хоть немного жить ими, ты очень быстро понимаешь, что тебя затягивает всё больше и больше, и ты уже не в силах отказаться; более того, тебя это устраивает. Вот только алкоголизм или хроническое говноедство не несёт в себе значимых перспектив, не позволяет достичь реально существующих в объективной реальности целей. Стоит тебе выключить компьютер/протрезветь – и пелена наркотического дурмана срывается ветром суровой действительности, обнажая твоё убогое существование.

То, чем занимаюсь я, даёт ощущение собственной значимости. Я зарабатываю на жизнь тем, что граблю тех, кто богаче меня. Нет, я не считаю себя Робин Гудом, не ношу в сердце горькой обиды и неконструктивной зависти к ним – теперь уже не ношу; я, полностью отдавая себе отчёт в том, что происходит, изымаю деньги из их карманов – и ложу в свой. Да, я – вор, самый обыкновенный вор, и в моём положении нет ничего одухотворённо-героического. Во мне нет ни капли благородства или сострадания – я могу с одинаковым безрализличием опустошить банковский счёт инфанта из Монреаля, работающего в поте лица мелкого предпринимателя и увести деньги с кредитной карты матери смертельно больного ребёнка, деньги, которые она собирала по всей стране – мне всё равно; я – вне общества, вне его ценностей, вне законов и общепринятой морали. Я воспринимаю это как должное – на самом деле, странно, но я никогда не рассматривал это как «отъём чужого», я беру, как будто это принадлежит мне. Я не ощущаю стыда или раскаяния – пустое место на семейных фотографиях, стихийно упорядочивающийся флуд в каналах передачи данных, пересечение где-то в вдали от привычной перспективы сотен образов и вымышленных биографий – то, чем я стал, избавлено от аппаратно-несовместимых эмоций. Я – сетевой взломщик. Взывая к моей человечности ты пытаешься добиться ответа у треска статики в твоих мажорных наушниках.